Блог‎ > ‎

Вот это номер

Отправлено 1 сент. 2015 г., 12:56 пользователем Илья Дементьев
Новый роман Умберто Эко «Нулевой номер» ("Numero Zero") пришлось прочитать залпом. Переводчица Елена Костюкович не нуждается в представлении, автор тем более — роман читается легко, хотя, строго говоря, больше тянет на повесть, потому что крупным шрифтом занял меньше 240 страниц — для заслуженного романиста всё же маловато. 

В ходе чтения я обнаружил, что один из намёков романа адресовался мне лично («...делаем... в таком ключе, чтобы наши "публикации без утайки" попадали в руки прицельно отобранных людей»; Эко У. Нулевой номер. М., 2015. С. 30), но об этом позже. 

Cначала я хотел бы воспеть коллектив, поработавший над изданием русского перевода. 

«Нулевой номер» — это первая за многие годы российская книга, в которой я не нашёл ни одной опечатки. Этот факт настолько меня потряс, что я выборочно перечитал несколько страниц. Ни одной. Может быть, конечно, что-то и ускользнуло от уставшего ока, но обычно в книгах, выпускаемых даже очень хорошими издательствами, несколько опечаток непременно бросаются в глаза. Снимаю шляпу перед издательством «ACT : CORPUS» и, в частности, перед главным редактором Варварой Горностаевой и корректором Ириной Дьячковой.

Коллектив, работавший над книгой, совсем не похож на изображённую в романе редколлегию, которую Эко в своей неподражаемой манере определил так: «Ни один из новых сотрудников не имел пристойной профессиональной подготовки. Мост короля Людовика Святого» (с. 37). «Нулевой номер» — это шедевр хотя бы с точки зрения орфографии.

Теперь о главном.

Двадцать девятого мая этого года я попросил кое-кого из наших общих с Умберто Эко знакомых похлопотать перед классиком по одному деликатному делу. Эко, как мне кажется, необоснованно обходит вниманием в своих сюжетах Восточную Пруссию — Калининградскую область. Регион, который прямо-таки просится на страницы его романов. Где-то в прошлых произведениях он упоминал Тевтонский орден (благодатная тема!), но не в связи с Королевской горой, а вообще (кстати, на с. 82—83 «Нулевого номера» орден тоже назван, но по-латински, sapienti sat). «Окей, — сказал наш общий знакомый, — мы иногда завтракаем с Умберто, я передам ему твою просьбу».

Всё лето я переживал, успели ли мой знакомый и писатель позавтракать, а спросить было как-то недосуг. И вот открываю «Нулевой номер». Один из героев нового романа говорит, перечисляя лидеров современных рыцарских орденов: «Витторио Буза, он же Виктор-Тимур Второй, православный владыка Белостока, патриарх восточной и западной диаспоры, президент Данцигской республики и демократической республики Белоруссия...» (с. 80—81). 

Чувствуете, как медленно сдвигаются текстонические плиты? Белосток и Данциг (Гданьск) — это два пограничных по отношению к Восточной Пруссии города. Белоруссия — это, конечно, скрытая Б(ел)оруссия, латинское название Пруссии (по-итальянски Bielorussia = B(iel)orussia). Геополитический абсурд, в который влип явно вымышленный персонаж Витторио Буза, он же Виктор-Тимур Второй, не оставлял сомнений: писатель постепенно подбирается к тому региону, который ему предстоит воспеть в следующем бестселлере.

Конечно, лишённый воображения человек заподозрил бы неладное и полез проверять, когда роман поступил в книжные магазины, после чего непременно выяснил бы, что это произошло 12 января сего года (как об этом пишут, например, здесь или тут). Пустяки! Подсказку даёт сам романист: «Мы, когда работаем над номером, уже знаем, что случилось впоследствии, однако пишем мы так, как будто еще ничего не было известно» (с. 38).

Что бы там кто ни говорил, после этого месседжа на рубеже 80-й и 81-й страниц русского издания «Нулевого номера» я знал точно: мы имеем все основания ожидать нового романа — Умберто Эко уже позавтракал. 

Я намеревался провозгласить своё открытие urbi et orbi, когда нелёгкая дёрнула меня проверить имя Витторио Бузы в гугле. Ненавистный всезнайка! Немея от ужаса, я просматривал ссылки одну за другой. Витторио Мария Буза (Vittorio Maria Busa, 1941—2013), оказался реальным персонажем провозгласившим себя "metropolitan and archbishop of Białystok, president of the Republic of Danzig and the Democratic Republic of Belarus, and Grand Khan of Tartary and Mongolia". При этом гиперссылки из Википедии вели к статьям о Вольном городе Данциге и даже о Белорусской народной республике (Беларуская Народная Рэспубліка), существовавшей в 1918—1919 годах и имеющей по сю пору правительство в изгнании. Правда, среди её президентов гражданин Буза не числится, на момент действия романа им был Язэп Сажыч (1917—2007). 

Что-то не склеивалось.

Если Буза в самом деле претендовал на эти титулы, то, возможно, Умберто Эко включил его в число персонажей романа до того, как позавтракал. В таком случае, кстати, переводчица не очень точно передала смысл происходившего в романе.

«— ...президент Данцигской республики и демократической республики Белоруссия.
— Какой республики?
— Демократической республики Белоруссия. Так написано» (с. 81).

Опытный читатель сразу понимает, что перед ним фейк, потому что такой республики ни до 1992 года, ни в 1992-м, когда происходит действие романа, ни после не было. По-итальянски Белорусская народная республика 1918—1919 годов называется La Repubblica Popolare Bielorussa, а по-английски — Belarusian People's Republic. Вообще, между народной республикой и демократической республикой есть существенная разница.

Нет сомнения, что Эко воспользовался тем вариантом названия, которое фигурирует только в статье о Международном парламенте безопасности и мира, учреждённом в своё время Витторио Бузой. Таким образом, скопипастив из статьи в английской Википедии титулатуру Виктора-Тимура Второго, Умберто Эко не пошёл по гиперссылке проверять, что за диковинная демократическая республика появилась в Беларуси, потому что если бы он туда пошёл, то увидел бы, что к словам Democratic Republic of Belarus привязана ссылка на статью о Belarusian People's Republic. Как бы то ни было, автор сбил с толку переводчицу, породив мифическую для русского читателя «демократическую республику Белоруссии».

Потом я увидел, что выражение «Белорусская демократическая республика» иногда встречается: «Да здравствует Белорусская Демократическая Республика в пределах Российской Федерации!» — так постановил на закрытом заседании Совет 1-го Всебелорусского съезда 18 декабря 1917 года. С другой стороны, «создание независимой демократической республики Беларусь — полноправного члена интернациональной семьи» фигурировало в программе Белорусской социал-демократической партии в 1920 году. Но ясно, что Витторио Буза не имел отношения ни к той, ни к другой республике. Впрочем, что связывало владыку Белостока и президента Данцига с Белорусской народной республикой, не взялся бы объяснить и отличавшийся дальновидностью Людовик Святой.

Из этого расследования следовало одно из двух. Либо Умберто Эко случайно ввёл в повествование этого персонажа, не намекая на область между Данцигом и Белостоком, либо он это сделал умышленно, поразившись совпадению в титулатуре Витторио Бузы и поспешив скопипастить её из английской Википедии без лишних проверок.

Оба случая равновероятны. Мы далеко продвинулись, но, увы, прежние достижения обнулились. Вопрос о том, успел ли Умберто Эко позавтракать до написания романа, остался открытым. Открытое произведение. Форма и неопределённость. Вот это номер.
Comments