Блог‎ > ‎

Θρηνος

Отправлено 12 февр. 2017 г., 21:43 пользователем Илья Дементьев
В Институте Канта мне перепала книжка Мишеля Деги "A ce qui n'en finit pas: thrène" (Paris: Seuil, 1995), с каким-то попутным ветром залетевшую к нашим пенатам. Деги написал её вскоре после смерти жены. Трен, или погребальный плач у греков, дал название сборнику стихотворений в прозе. На форзаце автор счёл нужным пояснить читателю, что в тексте нет пагинации — «каждая или почти каждая страница может быть первой или энной; всё снова начинается на каждой странице, всё заканчивается на каждой странице» (здесь и далее перевод, со всеми поэтическими вольностями, мой). Этот трюк напомнил мне остроумное объяснение некоторыми мудрецами-хасидами того странного факта, что все издания Вавилонского Талмуда начинаются со второй страницы: чтобы сколько бы ты ни читал Талмуд, ты помнил, что не постиг ещё и первой страницы.

Плач, словно рассуждение о методе, начинается с разговора о понятиях: «Итак, есть два вида любовной печали. Второй — это печаль бесповоротной разлуки...», — делится с читателем Деги, умалчивая, словно мудрец из хасидской притчи, о первом виде тоски. К нему, по всей видимости, относятся пережитые едва ли не каждым хоть единожды страдания умирающего в Венеции юного Вертера, которому так и не довелось услышать песнь, прославившую среди сентиментальных феррарцев далёкий остров Цейлон. Эта первая печаль — от трезвого понимания того, что Ромео не было, Эней, конечно, был. Всё было встарь, всё повторится снова: кто-то не в силах оторвать взгляд от мира, раскрывающегося в окне и утопающего за линией горизонта, а для кого-то в это же самое время мир кончается краем широкой, греческой туники.

Деги молчит обо всём этом, о первом виде любовной печали, хотя нет сомнений, что ему есть что сказать и о ней. Мы узнаем от поэта зато другое: всякая печаль приходит, но и преходит. Цитируя якобы Камоэнша, Деги в самом начале книги с некоторым облегчением признаёт, что печали смертны, как и их носители.

«Итак, есть два вида любовной печали. Второй — это печаль бесповоротной разлуки, после целой жизни, когда любовь в продолжение десятилетий настолько изменилась досадами и отречениями, что мы спрашиваем себя, осталась ли она той же самой.

"И для печалей также смерть своё находит место"».

2015
Comments