Блог‎ > ‎

Одиссея фланёра

Отправлено 1 окт. 2017 г., 21:52 пользователем Илья Дементьев
Иногда бывает, что нам на ум приходит правильное решение, которое мы не можем объяснить рационально, начинаем сомневаться, вконец запутываемся. Между тем опыт показывает, что доверять себе надо больше. Во всяком случае больше, чем другим. Поучительная история на эту тему развернулась у меня намедни.

Зашёл я к друзьям, а у них, как водится у молодых пар, обдумывающих житьё, спор — как лучше книги в домашней библиотеке ставить на полку. Он считает, что вертикально, а она — что горизонтально. Спор до хрипоты, обратились ко мне за арбитражным судом. Я, как раввин в анекдоте, их рассудил: «Оба правы, только на разных этапах формирования библиотеки». Пока стеллаж полупустой, ставить надо, конечно,  вертикально, корешками с названиями книг к зрителю. Когда заполнится, надо будет складывать горизонтально теми же корешками к зрителю. На третьем этапе придётся запихивать горизонтально, штабелями, так что не удастся по обрезу понять, что за книга тут лежит. У меня вся эта история развивалась именно так.

Видят, что рассудительного человека встретили. Спрашивают: а на полке расставлять книги по росту или по алфавиту? У нас тут по этому поводу ещё один спор.

Опытного бюхервурма и таким сомнением не проймёшь. Оба правы, говорю. Только на разных этапах формирования библиотеки. Кто ставит по алфавиту, тот утверждает примат содержания над формой, но может себе это позволить лишь на стадии полупустого шкафа. Кто расставляет по росту, проявляет признак лёгкой шизофрении, но в то же время действует рациональнее с точки зрения следующего этапа: больше места экономит для раскладывания книг потом по горизонтали. От появления в одном месте множества маленьких по формату книг образуются очень перспективные лакуны.

Как мне показалось, эти мудрые советы молодой чете понравились. У нас как раз, говорят, по алфавиту, но раньше мы не знали почему, а теперь поняли, что это только первая стадия. Пошли мы на полку смотреть весь красивый расклад. И что же видим? Стоят слева направо Бродский, Виан, О.Генри, Гомер, Джулиан Барнс, Диккенс, Драйзер, Кастанеда, Кафка, Лорка, Моэм, Набоков, Пушкин, Майн Рид, Лада Викторова, Сэлинджер, Энн Тайлер, Николай Кононов и Ирвин Ялом. Джентльменский набор пользователя Александрийской библиотеки. Драйзер почтительно следует за Диккенсом, Пушкин дышит в затылок Риду — всё понятно.

Спрашиваю осторожно: «А как это у вас Кононов попал между Тайлер и Яломом? Потому что название романа "Фланёр" на букву Ф большими буквами получилось?» Озадачены, другого объяснения нет. Flâneur forever.

Дальше тоже понятно, хотя не очень логично: О.Генри стоит на букву Г, потому что Генри; Барнс на букву Д, потому что Джулиан. Гарсиа Лорка стал чем-то средним между Кафкой и Моэмом, но ведь Лорка — это фамилия матери! Имело смысл, может быть, учесть его отцовскую фамилию Гарсиа и воткнуть поэта между Вианом и Гомером. Хотя и соображения гендерного равенства могут здесь играть свою роковую роль — на полке видим всего две женские фамилии (Викторова и Тайлер), так что Лорка удачно усиливает женскую фракцию.

Вопрос посложнее: как поэтический сборник Лады Викторовой (2 шт.) угодил между Майн Ридом и Сэлинджером? На ум приходит только одно объяснение: ведь Викторова — это поэтический псевдоним Лады Сыроватко. Выходит, поместили книгу не по фамилии и не по названию, а по подлинной фамилии автора. Разумно? В счастливом случае наличия двух экземпляров есть, конечно, вариант один экземпляр сборника Викторовой оставить на месте, а второй передвинуть в положение между Вианом и Гомером. Но не все книги в двух экземплярах же держать по такому поводу!

Поразмыслив над этой проблемой, я нашёл идею ставить книги по алфавиту настоящих фамилий авторов не такой уж плохой. Человек имеет право оказаться в том районе, куда его сама судьба поместила в силу данной от рождения фамилии. Одно условие — при реализации этого принципа следует действовать последовательно. Так, настоящее имя О. Генри — Уильям Сидни Портер. Ввиду этого его книгу следует переместить на букву П — между Набоковым и Пушкиным. Я начал перебирать имена писателей далее и с изумлением обнаружил, что «Фланёр» Николая Кононова, как ни парадоксально, оказался на своём месте. Ведь фамилия знаменитого писателя — Татаренко, а это как раз между Энн Тайлер и Ирвином Яломом! 

...Вот так подсознание, бывает, подсказывает нам правильные решения, которые мудрый раввин из анекдота сможет обосновать только по прошествии некоторого времени. В любом непонятном положении следует брать паузу и думать. Словом, расставив книги на полке, никогда не спешите переставлять их! 
Comments